• Статья 116. Труд и отдых доктора Бердс (рассказ от первого лица).

Меня постоянно спрашивают, как я все успеваю. Мне надоело рассказывать и объяснять каждому, поэтому я решила обо всем систематизировано написать. Надеюсь, кто-то из написанного возьмет что-то для себя.

Часть первая. Творчество и самообразование.

Напоминаю, что творчество – это развитие идеи, а не тупая тренировка в быстром счете или мазня красками по холсту куда вывезет, или повторение из года в год ряд чужих песен под дуду продюсеров и композиторов. Чем сильнее и содержательнее идея, тем больше пищи для творчества. Это – раз. И два: идеи нужно уметь выражать так, чтобы было понятно тем, кому хочешь их объяснить. При этом возникает чувство «выложенности, выкладывания» – удовлетворение опорожнением своего «творческого кишечника». Это не есть опустошенность – когда паршивое настроение и потеря интереса. Опустошенность бывает, когда вместо творчества действует его подмена – нечто ложное истерическое для прославления себя, чтобы прослыть талантом или удовлетворить запросы моды. Вот почему большинство ученых и художников мучаются чувством неудовлетворенности своими достижениями (иногда очень недурными). А все очень просто: надо не врать себе в самовыражении и обеспечить доступность восприятия другими. Это я называю «постижением своей гениальности». А все гениальное просто, как гвоздь. И он тоже. Гвоздь и колесо изобрели гении – люди, которые подняли человечество на более высокий уровень развития. В современной, известной нам, цивилизации гениев всего девять, а вот сколько их было до – мы не знаем. Но маленькие искорки мировой гениальности постижимы для каждого из психически здоровых людей.

Для искусства у меня фиксированно отведено 3 дня недели: среда, четверг и воскресенье. Не более, чем по два часа, иногда даже доходит до 15 минут. Но это время очень концентрированно: я должна нанести точный удар по готовящейся картине или взорвать следующий мышечный блок, пробить новый вокальный путь или усовершенствовать предыдущий хотя бы на малость. К этим урокам искусства я готовлюсь по ходу других дел, проходя мимо красок, пианино, мимо всего, что меня окружает. Я выхватываю на лету нужную мне информацию на подсознательно-созерцательном уровне. Это происходит потому, что я четким приказом кодирую себя на это – и переключаюсь на другие дела. Работает подсознание. Такой автоматизм у меня выработался за годы упорных сознательных тренировок (самообразования – обучения тому, что уже известно). Сейчас в искусстве самообразование у меня тоже есть: я учусь себе аккомпанировать, и это идет уже по ходу развития моих вокальных возможностей. Виртуозности добиться в аккомпанементе я не стремлюсь, ибо при полноценном извлечении голоса всегда должен быть хороший концертмейстер. Но мой «само-аккомпаниатор» дает возможности усовершенствования голоса больше, чем когда-то с преподавателем.

К нефиксированному искусству у меня относится писательская деятельность. Здесь я уже давно не занимаюсь самообразованием. Более двадцати лет это идет на автопилоте, хотя раньше, на заре писательской деятельности приходилось много раз переписывать текст, соответственно правилам для написания художественных произведений.

продолжение следует — читаем здесь

  • Наш журнал для умных людей. Мы даем им знания и стимулируем мыслительные процессы.
  • В полном объеме читайте нас на: https://otverhovnoy.ru/
  • Знакомство с автором — здесь